Виолончелист, вокалист, композитор

ЧЕЛОВЕК
ИЗ ЧИКАГО

19-02
ЯН МАКСИН
М
Отправляя данные, вы соглашаетесь с политикой обработки данных
Автор фото обложки: Андрей Богданов

Ян Максин — выступает по всему миру с собственными композициями, исполняя их на виолончели в различных стилях: классика, джаз, блюз, музыка народов мира. Родился в 1975 году в Ленинграде, с 1991 года постоянно проживает в США, в городе Чикаго. В 2017 году начал серию масштабных гастролей по городам России после длительного перерыва длиною в 25 лет. Выпустил четыре сольных альбома, готовит пятый.
Может быть человек мира, а может быть еще и музыкант мира. Ян Максин путешествует по самым разным странам, чтобы, по его признанию, дарить музыку и объединять с ее помощью людей, невзирая на различия и разногласия. Почему ушел из авиации, как помогал женить людей в 14 лет и чем отличаются сибиряки в интервью Lisitsa.Pro.

Мария Лисица
Интервьюер (М.Л.)
Вы не были в России с выступлениями почти 25 лет. Почему решили организовать здесь гастроли и проехать множество городов за столь короткий срок?
Первый раз в Россию с выступлением я приехал в 2017 году по приглашению петербургского джазмена Давида Голощекина на его международный фестиваль «Свинг белых ночей». Потом получилось так, что я завел свою группу в ВК, которая стала стремительно разрастаться, люди просили приехать и выступить. Увидев неподдельный интерес к своей музыке, сам начал договариваться с концертными площадками, работая поначалу с маленькими клубами по 50-60 человек. Со временем аудитории становились все больше сейчас в некоторых городах залы собирают по 500-600 человек. Так было, например, в Санкт-Петербурге в Анненкирхе (Протестантский собор, ставший культовой концертной площадкой в городе. — М.Л.) или Москве в концертном зале «Центрального дома художника».

Знаю, что в России, как и в других странах, люди слушают мою музыку. Она исцеляет, дарит комфорт, утешение и счастье заменяет в своем роде лекарство. Такое же отношение к музыке я вижу и в странах Прибалтики, даже несмотря на то, что исполняю песни на русском языке или мелодии российских музыкантов: Гребенщикова или Вертинского.
Александр Вертинский создал совершенно особый жанр музыкальной новеллы – «песни Вертинского». На его концертах одни плакали, другие насмешливо кривились, но равнодушных не было… «Наверху» делали вид, что он не вернулся, что его нет в стране. О нем не писали и не говорили ни слова. Подробнее.
Музыку Александра Вертинского можно послушать здесь.
Жители стран Прибалтики относятся к ней с теплотой и говорят: «Русский язык в последнее время привыкли считать языком оккупантов, но, слушая Гребенщикова и Вертинского в вашем исполнении, мы рады, что можем наслаждаться великим искусством из другой культуры». Меня это очень радует.
Я много выступаю с арабскими и еврейскими музыкантами на Ближнем Востоке и хочу сказать, что конфликты могут разрешаться с помощью музыки. Она может стать общим знаменателем для разрешения самых разных споров. С недавнего времени осознал новую для себя вещь: музыка является уникальным инструментом, способным сблизить людей на ином уровне и объединить их вопреки языковым, религиозным или возрастным барьерам.
Следующий этап в моем музыкальном развитии это способность использовать музыку для объединения людей по всему миру.
Автор фото: Токен Брит
Оказались ли для вас российские гастроли тяжелыми? Все-таки это большие расстояния, зимнее время с его сильными морозами.
Сейчас я немного устал. Так получилось, что до предыдущих гастролей мне удалось отдохнуть, а после них я погрузился в различные проекты и сразу же без перерыва снова выехал в Россию. В итоге — два трансатлантических перелета со сменой 10 часовых поясов за два месяца. Но за время своей профессиональной деятельности я научился получать необходимую мне энергию. Во-первых, я генерирую ее в творческих поездках, уезжаю в горы, медитирую. Во-вторых, я заряжаюсь от моих зрителей. Это что-то невероятное, неподдающееся физическому измерению.


К принятию такого количества энергии нужно быть готовым, нужно уметь правильно ее обработать. А иначе с артистом могут произойти жизненные казусы, душевная или физическая болезнь. Мне повезло, наверное, что я не стал знаменитым в 20-25 лет, когда не был к этому готов морально.


Что касается расстояний, то мой первый маршрут в прошлом году сложился из посещения Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Омска, Новосибирска и Читы. Благодаря приглашению Читинской филармонии, я впервые оказался в Забайкалье. Раньше я не бывал за пределами Москвы и Санкт-Петербург, но очень хотел посмотреть нашу необъятную родину. Для меня было большой радостью прокатиться по Транссибу (Железная дорога «Транссибирская магистраль». — М.Л.).
К тому же передвижение поездом гораздо безопаснее для инструмента, нежели перелет на самолетe. Лететь с виолончелью для меня — всегда большой стресс, многое в этот момент зависит от темперамента и настроения работающих людей в аэропорту, случались и непредвиденные ситуации. Поэтому приходится молиться всем богам, когда прихожу регистрироваться на рейс с виолончелью. Насколько я люблю летать на самолете, настолько же плохо сплю от предстоящих перелетов с инструментом.

В этот раз после прилета из США сложился удачный маршрут на поезде «Москва-Петербург», перелет до Екатеринбурга, поездом до Перми, Ижевска, Тюмени, Омска, Новосибирска, Томска, Кемерово. Это очень удобно для меня, потому что ночью можно отдохнуть в поезде, а днем снова провести концерт. И не волноваться — прилетит ли вовремя самолет или не отменят ли рейс. Но вот вчера случился первый казус в моей карьере: поезд опоздал на 12 часов. Из-за этого в Омске мне пришлось пропустить репетицию с местными музыкантами и даже опоздать на собственный концерт. Организаторы волновались, что люди начнут сдавать билеты, но, слава богу, все дождались.

Анненкирхе в Санкт-Петербурге (Фото)
Перед поездкой в Сибирь в 2017 году у вас наверняка были какие-то представления или ожидания, они оправдались?
У меня в жизни нет ожиданий, и потому я не разочаровываюсь, а очаровываюсь. Но впечатления были интересными как же сильно люди из сибирских городов отличаются от тех, которые живут в Москве и особенно Петербурге. Я почувствовал, что приехал как к себе домой. А все эти люди были моими братьями и сестрами, о которых я не подозревал. Меня везде очень тепло встречали: и в Сибири, и на Урале, во всех городах, никого не хочу обидеть, забыв при перечислении. В апреле 2019 года в копилку тепло принимающих городов, надеюсь, добавятся Великий Новгород, Иркутск, Бийск, Барнаул.
Можно сказать, что у меня такая форма туризма не только принимать гостеприимство людей, но и возвращать им свое тепло в виде музыки.
Автор фото: Мария Лисица
Считаю, что мне везет на хороших людей. И тот позитив, который я им отсылаю, возвращается ко мне в двойном размере. Поэтому, как правило, у меня всегда все получается, даже если происходят непредвиденные ситуации. Но поскольку такая же ситуация и с негативными волнами, то я уже много лет я работаю над собой, чтобы искоренить таковые совсем и являться лишь источником позитива и тепла. И это возможно говорю из личного опыта. А мне такие навыки нужны как никогда, потому что в моем списке гастрольных мест постоянно добавляются новые страны: в этом году Канада и Мексика, после России еду в Армению, Грузию, в 2019 году состоятся концерты во Франции и Швейцарии. В США я побывал, наверное, в 45 штатах из 50.

Мне интересно выступать в тех странах, где я еще не был, для меня это становится музыкальным путешествием. Я от всего получаю удовольствие: от поездок на Транссибе, ночного такси в гололед, морозной погоды. Перед моими гастролями в Россию в 2017 году мне говорили, что после первой поездки мне все это надоест. Но меня, наоборот, в это втянуло, как и моего сына. Он проехал со мной на поезде Урал, Сибирь и теперь обожает Россию. Ради него растяну следующую поездку на все лето, и обязательно съездим на Байкал! Он постоянно ездит со мной на гастроли, за исключением того времени, когда у него учеба в средней школе и художественной. Мы вместе с ним уже объехали почти всю Европу и Америку, чтобы с раннего детства он мог почувствовать другие культуры изнутри.
Понимание того, что люди могут думать и жить по-разному, наполняет человека, помогает ему сочувствовать другим и учит сопереживать. Именно такие, по моему мнению, и должны работать во внешней политике — понимающие и принимающие иной уклад жизни.
Вы родились в Санкт-Петербурге или, как он назывался в то время, в Ленинграде, но затем оказались в США. И как они вас приняли?
Когда я учился в 10 классе, в СССР наступил период потепления отношений с США, появились различные программы по обмену школьниками. Я узнал об одной такой от Ротари-клуба и решил попробовать сначала съездить в США на год, а затем вернуться домой. Не составило труда самостоятельно подать заявление, меня приняли, и я просто поставил родителей перед фактом.
Ротари-клуб —международная неправительственная ассоциация. Официальный сайт
Первые две недели были достаточно тяжелыми, я скучал по дому и по семье. Помню тот момент, когда только приехал и поставил чемоданы в том месте, где должен был жить свой год до возвращения домой — и как мне тогда стало грустно. Но при этом я даже не думал, правильно ли я делаю просто двигался вперед. Я не спрашивал себя о правильности выбора. Никогда не занимался анализом, а старался следовать интуиции для меня это сильный элемент в сердце. Может потому, что внутри меня это с детства несмотря на весь негативный опыт в музыке, недостаток поддержки педагогов и многое другое, у меня всегда был некий стержень. Чужие слова, что я чего-то не смогу, заставляли меня доказывать обратное.

За тот год, что пробыл в Штатах, я сумел получить диплом американской средней школы, а потом поступить в Манхеттанскую школу музыки. Так я остался в США еще на 4 года. После Нью-Йорка переехал в Питтсбург промышленный город на востоке страны где стал заниматься авиацией в летной школе. В то время я планировал стать линейным пилотом.
Тогда же мне удавалось играть сразу в двух-трех небольших симфонических оркестрах и зарабатывать на летную школу.


Вообще, музыка меня кормила уже с 14 лет. Моя самая первая работа в Ленинграде была во Дворце бракосочетания. В хороший день мы могли «поженить» до 30 пар. Именно тогда я впервые почувствовал свое предназначение приносить радость.


В итоге я стал пилотом и налетал довольно много часов. Когда мне исполнился 21 год, я открыл компанию воздушного такси и стал заниматься частным извозом на легкомоторной авиации. Это было в 1997 году, в эпоху раннего интернета. Брал самолеты в аренду и подавал объявления на университетских сайтах: «Отвезу, куда хотите в радиусе 500 км». Воздушное такси пользовалось успехом люди активно звонили по этим объявлениям и пользовались его услугами.
Почему же вы оставили авиацию?
Моя музыка стала развиваться, и я получил приглашение на работу в престижный оркестр, куда прослушивалось до 300 человек на одно место. У меня первый раз в жизни появилась уверенность в себе, как в музыканте. Главный дирижер оркестра Майкл Тилсон Томас поддержал меня и посоветовал следовать своей мечте искать свой уникальный голос, индивидуальность. Я послушал совета, ушел из оркестра и фактически стал заново строить собственный бренд с уникальным стилем.

Я сам, без помощи продюсеров или арт-директоров, смог раскрутить свой музыкальный бренд и продолжаю заниматься этим сейчас. Зарабатывая больше, чем 5 или 10 лет назад, я продолжаю жить достаточно скромно, тратя деньги на благотворительность и развитие своего бренда. Если бы я хотел стать миллионером, то построил бы бизнес в другой сфере, потому что предпринимательская жилка у меня имеется. Я никогда не имел амбиций в виде десятка домов в разных странах или чего-то подобного. Именно поэтому мои гастроли это, в первую очередь, не способ заработать. Я даже не делаю дорогих билетов для входа на мой концерт. Хотя перелетать через океан и приглашать музыкантов недешевое удовольствие. Понимаю, что музыка нужна широкой аудитории, которая не сможет позволить себе билет дороже 400-500 рублей. У меня нет желания кого-то обделить и оставить без возможности прийти на концерт.

Музыка это мое призвание, любимое дело, но при этом она платит за мои счета и жизнь, помогает существовать мне и моей семье. Но я никогда не просчитываю, какую сумму я получу после концерта — для меня это не способ обогащения.
Как в вашей жизни появилась музыка?
Меня в детстве постоянно отправляли в различные кружки и секции, чтобы я научился самовыражаться: то в художественную школу, то на английский, то в секцию гимнастики в СКА, из которой меня, кстати, выгнали после второго занятия. А вот в музыкальную школу я пришел в класс виолончели и остался.

В то время меня считали профнепригодным — не так, чтобы уж выгнать, но и в конкурсы никогда не брали. Говорили, что я талантливый, но чего-то не хватает. Меня считали второсортным учеником, и от такого отношения музыкального вдохновения становилось еще меньше.

Но музыку я не бросал, и продолжал заниматься, даже когда родители предложили забрать документы.
Чувствовал, что если брошу, то в душе наступит пустота. Ребёнок не всегда может описать свои чувства, но образно у меня были именно такие ощущения. И вот этой пустоты я боялся больше всего.
Сейчас помимо частых гастролей вы успеваете записывать еще и новые альбомы, снимать клипы. Как вам хватает на все времени и сил?
Да, недавно я записал очередной клип к одиночной композиции. А вот записать полноценный альбом, уже пятый по счету, сейчас времени не хватает. Поэтому пока выпустил в сеть две видеозаписи: «Respiro» и «Per Me, Per Te». Надеюсь, что к началу следующего года все-таки сподоблюсь записать альбом в похожем ключе.

На создание одного альбома у меня уходит довольно много финансовых средств — чтобы окупить его, нужно продать около тысячи дисков. А на концерте в среднем продается по 10-15 дисков. Но эти диски нужны людям — они будут слушать мою музыку в машине, дома и вспоминать о концерте. Уже ради этого стоит их записывать!
Respiro / Per Me, Per Te... | Ian Maksin | TEDxNaperville
А силы я беру, как уже говорил, на своих концертах и на занятиях йогой. Люблю до восхода солнца, часов в 5 утра, помедитировать в квартире или, если позволяет погода, у озера в парке рядом с домом. Чтобы отдохнуть душой и телом, обязательно поеду в горы или на море рядом с горами. В этом плане великолепна Калифорния или Дальний Восток.
Никогда не езжу для отдыха в большие города они переполняют энергией, но не дают ощущения спокойствия. В мире много городов, которые буквально наэлектризованы эмоциями и впечатлениями. Основные из них это Париж, Нью-Йорк и Лондон мировые столицы мира. Есть наикультурнейшие города типа Санкт-Петербурга, Праги, Барселоны, Сан-Франциско, но они не так энергетически заряжены, как эти три. От этих трех городов все происходит, в них генерируется все новое в искусстве и творчестве. Я могу приехать в Париж на три дня, и мне этого хватит на 6 месяцев.


Люблю возвращаться в Санкт-Петербург — даже в самую плохую погоду, потому что он остается для меня родным, там живут мои родители. Но не остаюсь там надолго, в отличие от Чикаго, где сейчас мой дом и мой сын. Чикаго меня заземляет я возвращаюсь туда, чтобы отдохнуть и восстановить душевный баланс. Наверное, поэтому я там живу.

Не уверен, что смог бы находить такое же состояние в Париже, ведь многие в нем срываются и разрушают себя, например, Ван Гог. От сильного потока энергии можно психологически сгореть или научиться тонко управлять им, что само по себе очень трудно.

Винсент Виллем Ван Гог, голландский художник, постимпрессионист; покончил жизнь самоубийством, выстрелив себе в грудь. От злости неудачи Ван Гог отрезал себе часть левого уха. Проведя 2 недели в психиатрической клинике, он снова вернулся туда в 1889 году, так как его стали мучить галлюцинации. Подробнее
Многие замечают, что ваша музыка печальна, хотя у вас есть и заводные мелодии. Отчего же так?
Интересно, что по жизни я совсем не печальный, а музыка у меня печальная. Грустная музыка очищает меня, кажется, что она способствует катарсису. Любимое состояние, когда слушаешь музыку это ощущение счастья, в животе все сжимается, хочется плакать. На прошлой неделе от прослушивания Бориса Гребенщикова «Человек из Кемерова» на меня нахлынуло именно такое состояние. И это для меня самое ценное в музыке!
Поделитесь своим мнением:
Made on
Tilda